1 января, 9:22 утра

…Солнце, лениво посмотрев в окно, подняло веко Джеймсу, который в свою очередь, еле ворочая челюстью, прохрипел:
- Ну (цензура)…
Он с трудом поднялся с койки и оглядел тела, пытаясь собрать свои мысли в строгий закономерный ряд. После десяти минут неудачных попыток он пошёл к окну и сказал:
- (цензура)…
В тот момент он ему пришла на язык идея опохмелиться. Подойдя к круглому столу, который стоял в центре комнаты, он налил себе шампанского в рюмку, из которой подозрительно пахло водкой. Из-под кровати раздался женский голос:
- Кто ж шампанским опохмеляется? Достань из шкафа моё маковое печенице…
Джеймс обернулся. Из-под кровати вылезала Хизер. Этой ночью она съела самое странное грибное рагу в своей жизни, и по случаю чего сказала:
- Этой ночью я съела самое странное грибное рагу в своей жизни.
- Бу-глу-ду-прог-ту-ру, - подтвердил Гарри, лежавший под столом. Особенно с утра, особенно первого января, у него как у писателя, был очень красноречивый говор.
Джеймс молчаливо посмотрел в его сторону, а тем временем Гарри поинтересовался:
- Бду-гу-нах-то-ИК-дуся?
- Мне и самой интересно где мы находимся, - ответила Хизер, уже достав свою последнюю ногу из под кровати.
- Я думаю мы это узнаем, изучив документы в этой комнате, - сказал Джеймс, с той же задумчивостью подходя к окну.
Хизер решила начать это утро не с поиска документов, а с поиска своего печенья в шкафу, Когда она открыла дверь оттуда выпал Клосер. Его беспомощные руки сжимали нагретую да 38 градусов бутылку «столичной». Для него эта ночь была самой тяжёлой.
- Для меня эта ночь была самой тяжёлой, - сказал он, открывая бутылку открывалкой, встроенной в его руку. Глядя на него, Хизер захотелось мяса.
- Глу-ас-прогш-ш-ш? - донеслось с пола. Обычно по утрам, обычно первого января у писателей очень болит голова.
- Аспирин сожрала двухголовая псина, - ответил Джеймс
- В таком случае где она? - спросила Мария вылезая из под одеяла. Джеймс обратил на это внимание, так как он спал на этой же кровати и его это очень насторожило.
- Нет больше пёсика, - ответил Джеймс. - после того как мы отправили Леонарда за закуской, он принёс нам ящик «Балтики». Вот тогда мы обратили на пса своё голодное внимание.
- Точно-точно, - согласился Клосер, игриво покусывая коленку Хизер.
В воздухе летал запах смятения и тягости (а также никотина, пота и перегара). Неловкую паузу нарушил, висевший на люстре, Висун, который, приземляясь, удачно вписался в трещину в полу.
- (цензура) итак предрвотное состояние, ещё этот свои кишки тут раскидал, - возмутился Джеймс.
- Глу-нду-бу? - снова донеслось снизу.
- Не знаю, - ответил Джеймс. - Хизер, а как ты думаешь, где мы?
- Де шнаю, - ответила она, жуя левое подмышечное сухожилие Клосера.
В этот момент постучали и, не дожидаясь ответа, в комнату ворвалась медсестра, дверью размазав по стенке, мирно спящего у неё толстого Инсейна.
- О-о-о, больные, ну как наше самочувствие сегодня?
- Ну что ж, теперь многое стало понятно, - подытожил Джеймс. Он глядел в окно, изучая, как на далёком холме пришельцы ставили установку с ядерным зарядом.
- То-то мне вчера Виатель вкручивал про то, как он при новом начальстве будет специалистом по трубам, - заметила Хизер.
- У Виателя вообще работа такая - вкручивать и закручивать, - сказала медсестра.
- Кстати, никто не помнит, где или в ком мы вчера оставили наш обрубок трубы? - спросил Джеймс.
- Ну так в Виателе и оставили,- ответила медсестра. - Вон он, из раковины торчит, можешь посмотреть.
Все посмотрели на раковину. Оттуда неподвижно выглядывала задняя часть Виателя, плавно переходящая в обрубок трубы, который теперь являлся её частью. Глядя на эту картину Хизер вновь захотелось мяса.
- Бу-гуд-твошк-пиво, - обратился Гарри к медсестре.
Тут голову Джеймса, с дружественным визитом, посетила мысль.
- На всех, пожалуста, - сказал он.
С кровати поднялась Мария, продемонстрировав оголённую сторону своей натуры.
- Хахш……- прохрипел Джеймс, так что его понял только лежащий на полу Гарри.
- Хизер, ты не помнишь куда пропала моя одежда? - спросила Мария
- Ни шмомлю, - ответила Хизер, нежно обгладывая тазобедренный сустав медсестры.
Джеймс подошёл к Марии и, с большим достоинством, предложил свою рубашку.
- Убери своё большоё достоинство для начала,- ответила она ему.
В этот момент в комнату забежал Дуглас и начал прикладом дробовика избивать Хизер, мотивируя это тем, что прошлой ночью она укусила его за палец, съела его уши и высосала глаз. Тут с пола поднялся Гарри, доставая откуда-то бензопилу и с диким воплем, на который способны только писатели с утра первого января, начинает расчленять Дугласа. Тот в свою очередь, начинает расстреливать Гарри из дробовика. Глядя на эту картину, Хизер захотелось поесть солёненького, поэтому она решила начать с мяса.
- Ну-ка успокойтесь (цензура 2 страницы),- закричал Джеймс, подключая кишки Дугласа и сопли Гарри к 220V.- Хизер, помогай!
- Ни можу, - ответила Хизер, смачно откусывая голиностоп Марии. Без ножовки ей приходилось очень не легко, особенно с едой, которая при жизни ела кальций.
После непродолжительной драки в палату зашла уборщица и убрала трупы. А Хизер и Джеймс подошли к окну и стали любоваться ядерным грибком, по странному стечению обстоятельств, возникшему на далёком холме. Глядя на эту картину Хизер захотелось мяса…

Автор: Gnom

© 2003 by Silent Hill: City Horror